January 20th, 2021

Лесная сказка, самое начало

Капли дождя бежали по пыльному стеклу, оставляя за собой дорожки, сливающиеся и расходящиеся вновь, будто рукава дельты Трезубца. Только в конце пути вместо мятно-зеленого моря их ждал край покрытой облупившейся краской оконной рамы.

Шарон прижался лбом к холодному стеклу. Стало легче, но совсем-совсем не на много.

Голова не то чтобы болела, скорее ощущалась одной сплошной костью, по которой вчера активно били всем, что под руку попадется. В горле было сухо, как в Заморской степи в середине лета. Во рту будто кошки мочились, и барсуки... и еще какие-нибудь твари.

Внизу, кутаясь в плащи и задевая остриями алебард придверные фонари, прошел патруль. Память вдруг отозвалась прочитанной где-то фразой про дождь и роту солдат.

Шарон оторвал лоб от стекла, поморщился, оглядел комнату. Вроде его - вон, в углу кофр с доспехом и на вешалке перевязь с мечом висит. Правда, рядом еще одна. Но почему он голый и проснулся за столом у окна, и где его одежда?

"Конверт проебал!" - пронзила сознание страшная мысль. Он вскочил, зарычав от нахлынувшей боли и головокружения с тошнотой, метнулся к вешалке, едва не упал, зацепившись ногой за раскиданную по полу одежду. Наклонился, отбросил в сторону армейские штаны, непонятно как здесь оказавшуюся белую шелковую рубаху, потом еще одни армейские штаны, свои подштанники, плащ из тонкой шерсти, и, наконец, нашел свою куртку. Дрожащими руками полез во внутренний карман. Ничего!

"Ну еб твою же мать!" - он в ярости ударил кулаком по полу. Доски хрустнули.

Уселся на кровать, запустив пальцы в волосы. Хорошенько дернул. Помогло.

"А чего это я, собственно, так переживаю? - пришла спасительная мысль, - ведь чек именной, кроме меня никто денег получить не может. Если уж не найдется, пойду к Плинту. Выглядеть буду, конечно, мудак мудаком, но куда деваться?".

В голове опять заныло, тело трясло то ли от выпитого накануне, то ли от утреннего холода.

"А может, я уже деньги получил и проебал?" - подкралась еще одна страшноватенькая мысль.

Шарон замотал головой, отгоняя жуть. Не могло такого быть! Снова затошнило, да и живот свело, как от голода.

"Выпить надо!" - твердо решил он.

Огляделся. На столе не было ничего, кроме пустой пепельницы, на полу под ним тоже. Ни одной, даже пустой бутылки.

"Да твою же мать!" - он сполз с кровати на пол, зашарил в груде одежды. Опять попалась под руку белая шелковая рубаха. Шарон уставился на нее. Фасон вроде мужской, но запах... Пахла она явно парфюмом и явно не мужским.

Скрипнула, открываясь, дверь и бархатный, чуть с хрипотцой голос произнес:

- Нет, ну я, конечно, поняла, что ты - извращенец, но чтобы еще и в таком смысле...

- Да ёбт! - Син вскочил, повернувшись лицом к дверям.

Она стояла прислонившись плечом к косяку. Вьющиеся волосы темной волной падали на обнаженные плечи, смеющие карие глаза чуть блестели. Прямой нос с едва заметной горбинкой, мягко очерченные скулы. Гостиничный плед не скрывал фигуру, которой позавидовали бы, пожалуй, лучшие танцовщицы Восточной столицы.

- Я гляжу дисфункция твоя прошла, - усмехнулась она и качнула зажатой в руке бутылкой, - надо это отметить!

- Какая, блядь, еще дисфункция? - холодея от ужаса от мигом пролетевшей перед глазами картины, прошептал Шарон.

- Да шучу я! - девушка расхохоталась, едва не выронив бутылку. Плед соскользнул с груди. Она вопросительно приподняла бровь и облизала губы розовым язычком.

- Ну сейчас-то получше?

- Да вообще заебись! Что ты там про дисфункцию говорила?

- Ой, иди в жопу, Шарон. Хотя нет, она и так болит.

- Выпьем?

- Выпьем! Только давай оденемся для начала. А то твои вернутся, начнут в двери ломиться.

- Ты белье не носишь?

- Ношу, вообще-то, - усмехнулась она, заправляя рубаху в штаны, - но ты его порвал.

- Извини, - Шарон пожал плечами.

- Вот уж нет. Такое заказывать придется, в Кеми не продают.

Шарон огляделся. Никаких обрывков драгоценных кружев вокруг не наблюдалось. И какое заказывать?

- Не ищи, девчонка приходила утром и унесла корзину. Я тебе скажу... потом.

- Угу.

Бокалов тоже не нашлось. Вообще номер был до изумления чист. Поруганию и безобразиям подверглась только кровать, да и одежду по полу раскидали.

- Слушай, мне до сих пор неудобно...

- Ну ты чего такой нудный, - нахмурилась она, - я все понимаю.

Он качнул головой.

- Грин.

- Что?

- Грин меня зовут.

- Шарон.

- Будем знакомы.

Она уселась у окна напротив него, отхлебнула из бутылки.

- Закурим?

Шарон кивнул, подошел к вешалке, вытащил из кармана куртки кисет, спички и трубку.

- Трубка одна.

- Ну знаешь, теперь уже не побрезгую, - хохотнула Грин.

Он улыбнулся. Набил трубку, раскурил, протянул ей. Она затянулась, выпустила дым из ноздрей, блаженно улыбнулась.

- Соккотский?

- Угу. Знаешь, нихуя не помню толком.

- Ну не мудрено, - кивнула она, - вы вчера пили, как "не в себя", мешали светлое ячменное "Кемийское" с "Дубовым соком", а темным "Ореховым" запивали "Белый цветок".

- Ой, бля!

- Угу.

Она улыбнулась чуть наклонив голову к правому плечу.

- Ты вообще ничего не помнишь?

Шарон почесал подбородок, пригладил волосы на макушке, кашлянул.

- Ну как сказать. Ночь-то я помню, "вспышками" такими... Как с парнями садились выпивать тоже. А так...

- Понятно, - Грин кивнула. Затянулась, выпустила кольцо дыма и запрокинув голову смотрела, как оно медленно расплываясь поднимается к потолку.

- Мне Резкий говорил, что такое бывает. И трогать тебя запретил тоже он.

- Трогать? - нахмурился Шарон.

- Да, после всего ты сел голый за стол и закурил. А потом уронил голову на столешницу и захрапел. Я хотела тебя уложить, но тут вошли Резкий с Бердот...

- С кем?

- С Бердот, - повторила она, - это моя подруга, с которой мы тут номер снимаем. Резкий и запретил тебя трогать. В итоге я осталась на кровати, а ты - за столом. Девчонка меня разбудила, засранка. Приперлась утром. Ты начал просыпаться чуть позже Ну я и пошла в номер, взяла бутылку. Была уверена ,что тебе пригодится.

- Пригодилась, - улыбнулся Шарон.

- Ты так смотришь на меня, будто влюбился.

Син качнул головой. Прислушался к себе. А почему, собственно, нет? Грин ему определенно нравилась. Да, ему тридцать лет и, возможно, юношеского фонтана чувств ждать не приходилось, по крайней мере вот так сразу.

- Ты, вне всякого сомнения, восхитительна, - сказал он тихо.

- Ой, только не надо тут, - она рассмеялась. - Скажи лучше, с какого момента тебе рассказывать.

- С самого начала.

- Одной бутылки может не хватить.

- Ерунда.

Она кивнула, снова затянулась и передала ему трубку.

- Резкий нам нашел номер на двоих в этой гостинице. Сам же знаешь, сейчас в городе все занято.

- Ты его давно знаешь?

- Мы учились у него, а Бердот так и вовсе с ним жила одно время.

- Учились? - удивился Шарон.

- Да, - кивнула Грин, - он одно время отошел от полевой работы и занялся преподаванием. Лет пять читал лекции, проводил практические занятия.

- А что он преподавал?

- Нам - биологию поганых, поведение, опять же, немного медэкспертизы, яды.

- А ты? - осторожно спросил Шарон.

Она откинулась на спинку стула.

- А ты не понял еще? Я в Особом трибунале служу. Военно-медицинская служба.

"Ну да, кем ей еще быть? Не гражданский врач, не простой военный. Не интендантская служба, и тем более, не дальсвязь. В дальсвязь девок вообще не берут. По крайней мере в "поле", - на его взгляд все было совершенно логично. - И как сам не догадался?"

- Ну, я могу только поздравить, - он отсалютовал бутылкой и сделал несколько глотков. Крепкая вещь, все же. Не "Белый цветок" - цвет почти чайный. И точно не "Дубовый сок".

- Да, служба хорошая, - кивнула Грин. - Мы, кстати, так и не определились, кто кого старше по званию. Нашивок у тебя нет, а парни твои звали тебя капитаном.

Крутившуюся на языке фразу Шарон таки упрятал куда поглубже, не в борделе ведь.

- Капитаном?

- Ага, хотя я думаю, что вы - не просто мобилизованная кампания наемников.

- Ну, возможно, а что там с продолжением?

Она кивнула, тряхнув восхитительной гривой волос. Шарон поймал себя на мысли, что никогда особо не понимал, что такого красивого может быть в волосах. Оказывается может.

- Мы шли вселяться в гостиницу. А тут как раз вы вывалились из заведения. У вас этот здоровый штатский... Борус, кажется?

- Да, есть такой.

- Вот. Он совсем пьяный был и мутило его что ли. В общем, он "проветривался", а мы как раз мимо шли. Бердот увидела Резкого, они до этого встретились, договорились вроде вечером пообщаться, а тут такая удача. Ну вы нас и зазвали.

Шарон улыбнулся.

- Чего ты лыбишься, - нахмурилась она, - далеко не с каждым я пить сажусь и тем более...

- Да я ничего такого.

Грин протянула руку. Шарон подал бутылку. Девушка сделала большой глоток даже не поморщившись.

- Ну потом вы начали вообще нажираться, орать и вроде даже петь пробовали.

- Ну йопт!

- Ага, а потом твои бойцы сорвались и пошли в бордель. Вернее, по борделям, ибо не думаю, что в городе найдется заведение, девок в котором хватит надолго таким геройским сексуальным хищникам.

Шарон хохотнул, хлопнув ладонью по столешнице.

- Если что, это - цитата. Этот ваш бородатый брат с тремя пальцами на левой руке выдал.

- Херби?

Грин пожала плечами:

- Может и Херби.

- Этот может.

- В общем, они свалили, а мы пошли в гостиницу допивать и знакомиться поближе.

- Кхм.

- Угу, ты проявил себя галантным, но очень настойчивым кавалером, да и я давно уже... Собственно, вот.

- Очень хорошо, что так оно все сложилось.

- Не могу не согласиться, - улыбнулась девушка. - Какие у нас теперь планы?

- Честно говоря, планов особых не было на ближайшие пару дней, но надо решить один вопрос, - Шарон почесал подбородок, - насчет одной бумаги.

- А-а-а, забыла тебе сказать! Конверт твой у Резкого. Ты ему сам вчера отдал.

- Ну ты обрадовала, слов нет! - Син облегченно рассмеялся.- Тогда, может быть, кутить? Буди свою подругу с Резким и пошли в заведение. Я есть хочу, сил нет. А там дальше посмотрим.

- Я, кстати, тоже, - Грин кивнула, - надо только немного привести себя в порядок.

- А служба у тебя и все такое?

- Есть еще времечко!- улыбнулась она.